Главный вспомнил, где испытывал этот жуткий страх. Это случилось, когда он родился. Тот же страх, тот же чёрный тоннель и свет в его конце. Он посмотрел на мать и шагнул через барьер.

Андрей долго смотрел на Главного. Он не решался тревожить старика, который, наевшись, присел на скамейку и тут же уснул. Он спал, как ребёнок, с выражением блаженства на лице. Пальцы сжимали деньги, которые вырвут его из кошмара нищеты и голода. Он смотрел на Главного и вспоминал то время, когда стоял с ним на мостике «Резвого». Вспоминал по рассказам, как Главный сделал из недавней студентки солидного учёного, как он в гараже сражался за свой двигатель и отдал всё своё имущество, чтобы Родина получила в свои руки самое лучшее изобретение, которого не было во всём мире. Он вспоминал, как ходил по кладбищу в поисках могилы отца, чтобы встретить его, чтобы вытащить из той ямы в которую столкнула его судьба, чтобы он, Главный, снова стал главным, снова занял место в обществе, которое принадлежит ему по праву. И справедливость восторжествовала, перед Андреем сидел и спал человек, сжимая в руках деньги, которые долго искали, и в конечном итоге нашли своего владельца.

Пальцы Главного разжались и купюры рассыпались на землю. Андрей собрал их и аккуратно вытащил остаток денег из рук спящего старика. Тело Главного наклонилось и упало на скамейку. Андрей попытался нащупать пульс, но он не прощупывался.

Увезли Главного только через несколько часов.

На следующий день Андрей отправился в гарнизон. Там он узнал, что похороны героев Советского Союза проводятся по особым правилам. Государство выделяло на эти случаи деньги. Андрей, услышав это, печально улыбнулся. Чего-чего, а денег на похороны у Главного было предостаточно.

– А, что вы улыбаетесь? – спросил офицер комендатуры Андрея, заметив его улыбку. – Я что-то не так сказал?

– Да, нет, всё так, товарищ майор. Не понятно только почему государство проявляет заботу только к мёртвым героям, а живых не замечает.

– Это вопрос не ко мне, товарищ капитан первого ранга, а к правительству, – ответил майор.

Майор оформил все необходимые документы.

– Всё в порядке. Когда будет известно время захоронения, сообщите нам. Мы вышлем на кладбище роту почётного караула.

После гарнизона Андрей оформлял заказ на памятник. В словорубной мастерской мастер спросил его:

– Что будем писать?

– Герой войны, – сказал Андрей.

Мастер посмотрел на год рождения Главного и вопросительно посмотрел на Андрея.

– Какой войны?

– Необъявленной, – ответил Андрей. – Так и напишите – герой необъявленной войны.

Автобус с караулом подъехал к кладбищу в точно назначенное время. Андрей и нищий ждали его у ворот. Из автобуса вышел капитан.

– Нужно ордена и медали на подушечки разложить, – сказал он. – Так по церемонии положено. Каждый орден на свою подушечку, а медали по три штуки на одну. Где его ордена?

Андрей с нищим переглянулись.

– У него их нет, – сказал нищий. – Он их все продал.

– А золотая звезда героя? – спросил капитан.

– Её он продал последней.

Похороны проходили с нарушением регламента. Отсутствия орденов и медалей у героев Советского Союза Устав не предусматривал. Перед гробом курсанты роты почётного караула несли пустые подушечки из расчета: одна на орден и одна на три медали. Оркестр заиграл гимн Советского Союза. Гроб опустился в могилу. Три раза прогремели ружейные выстрелы. Караул под звуки торжественного марша, чеканя шаг, прошёл перед могилой, погрузился в автобус и уехал. У раковины остались стоять два человека: Андрей и нищий – химик, кандидат технических наук.

Подводный крейсер «Сталинград» вместе с «Петром Великим» медленно отвалили от причалов и вышли в Баренцево Море. Показательные учения на виду у НАТОвских стран должны были напомнить всему миру о том, что Россия, очередной раз меняющая свои политические наряды, не превратилась в отсталую страну, а оставалась великой державой, игнорировать интересы которой не дозволялось ни одному государству мира.

На протяжении сотен лет огромная страна, как капризная барышня, меняла свой внешний облик. Но, забывая про мировые проблемы и занимаясь только собой, она не переставала быть великой и могущественной. Россия, расположенная и в Европе и в Азии, не считала себя ни азиатской, ни европейской страной. Она имела свою собственную культуру и всегда жила особняком. Россия не понимала Европу. Ей не нравился её прагматичный и бездуховный характер. Европа, в свою очередь, боялась и ненавидела Россию. Как слабый, но коварный хищник, она десятки лет сидела в засаде и выжидала момент, когда можно исподтишка укусить великую соседку. Порой ей казалось, что Россия полностью лишилась своего могущества и тогда она наваливалась на Россию всей силой и показывала зубы. Однако каждый раз, получив отпор, убиралась из великой страны в свои маленькие государства зализывать раны. Изредка Россия вспоминала про Европу и для того, чтобы освежить ей память, демонстрировала свою силу. Эти действия сразу отбивали всякую охоту кусаться, и соседи снова жили мирно, тихо недолюбливая друг друга.

Крейсера «Сталинград» и «Пётр Великий» шли мимо кораблей Европы, гордо неся на своих мачтах Андреевские флаги. Все, кто видел эти огромные, построенный по последнему слову технике, корабли удивлялись: откуда у страны с разрушенной экономикой и полуголодным населением могли взяться такие красавцы? Как мог народ, униженный и оскорбленный, отброшенный за грань нищеты, сотворить это чудо военной техники? Только одно объяснение могло расставить все точки над «i» для европейцев, это загадочная русская душа.

Отпуск по семейным обстоятельствам закончился. Самолёт вырвал Андрея из Санкт-Петербурга, чтобы тот, оставив свои похоронные дела, снова вернулся к нормальной жизни и, как в прежние годы не хоронил, а созидал.

Сойдя с трапа лайнера, Андрей почувствовал, что здесь, на севере произошло нечто невероятное. Это нечто находилось везде. Оно угнетало и подавляло каждого, не взирая ни на пол, ни на возраст. Оно не имело ни названия, ни цвета, ни запаха, но его присутствие ощущалось с каждым часом всё больше и больше. Наконец, оно заполнило собой всё и обрело реальное название.