— Вот и разберись, Иван Андреевич, — сказал мягко начальник.

Уже доставая тёплую куртку из шкафа, он тоном приказа добавил:

— В полиции бери кого хочешь, у нас, сам знаешь, людей не густо.

— А почему я? — обиженно спросил Одинцов, — у меня же отпуск через две недели.

— Ничего, отгуляешь попозже. Кстати, вот тебе и стимул поторопиться: закроешь дело и гуляй, — улыбнулся Игорь Моисеевич.

— Почему я? — снова спросил Одинцов, — почему не Борисов? Надо же ему когда-то начинать. А тут такой случай подходящий. А я бы помог.

— Ты же знаешь, что Борисов ищет взяточников в наших рядах.

— Вот это могло бы и подождать.

— Ну, хватит, — начальник застегнул куртку и подошёл к двери кабинета, — мне лучше знать, что сначала, а что потом. Держи меня в курсе.

Одинцов огорченно спросил:

— Кто из розыска выехал на место?

— Вроде бы Крыленко с бригадой, — ответил, пожав плечами, Игорь Моисеевич, — и помни, Иван Андреевич, дело на контроле.

— Я помню.

— Тогда, выполняй, — Игорь Моисеевич распахнул дверь и жестом показал Одинцову, чтобы тот покинул помещение. Одинцов вышел из управления, взял в дежурке адрес убийства и выехал на место происшествия.

— Хорошо хоть Крыленко, — подумал Одинцов, держась за руль своего «Опеля», — этого я знаю. Исполнительный и не дурак. Ему вроде бы майора надо, он горы свернет. Дело-то, видимо, громкое предстоит. Хорошо, что Крыленко, а то прислали бы какого-нибудь лопуха, чуть поковырялся и лапки к верху — получи «висяк». А с этим хохлом мы еще потрепыхаемся.

Размышляя подобным образом, Одинцов подрулил к месту убийства. Толпа зевак рассосалась, но место все равно было оцеплено гаишниками, так что пришлось предъявить удостоверение.

Увидев Одинцова, Крыленко — черноволосый с квадратным подбородком на волевом лице молодой мужчина, отошел от своих людей и пожал следователю руку. Если бы не рост, ниже среднего, Крыленко вполне бы походил на героев-сыщиков из западных боевиков. Здесь и кувалда вместо кулака, и стрижка под бобрик, и некогда перебитый нос. Но вот рост все портил, и опускал его до уровня какого-нибудь участкового райотдела, неудачника и вечного капитана.

— Вам поручили? Иван Андреевич? — спросил Крыленко.

— Угадал, иначе чего бы мне тут делать. Ну, много наковырял?

— Ничего почти, — Крыленко опустил голову, — пожалуй, увязнем мы тут накрепко.

— Ну, ну не пророчествуй! А кто такой Седов? Я имею в виду папашу.

— Седов — это мешок с деньгами. Это Ротшильд местного масштаба. Универмаг на площади знаете?

— Ну и что?

— Это его универмаг. И еще у него полно магазинов, машин, баб, друзей и всего прочего, что так притягивают деньги. Да и вы тут по такому же поводу. Застрелили бы простого смертного, вы сюда не приехали бы вовсе, а меня вызвали бы к себе только в понедельник.

— Ну ладно, хватит философствовать, — строго сказал Одинцов, — давай в двух словах: факты, улики и что уже сделал. А то, что Седов старший не беден, я и без тебя знаю. Это не секрет. Ну, рассказывай.

— В четверть первого сюда подъехал свадебный кортеж, — обиженно начал Крыленко, — кругом толпа встречающих, оркестр и все такое. Жених и невеста вышли из машины. Не сделав и двух шагов, жених упал. Выстрелов никто не слышал, правда, было шумно. У убитого одна пуля в груди, другая в голове. Скончался на месте. Из толпы выстрелить незаметно было невозможно, так как у Седова охраны больше, чем у нас в розыске оперативников. Если только из соседних домов стреляли, но тут надо быть снайпером с приставкой «супер». До ближайшего дома расстояние приличное. Все гости и охрана мною допрашиваются, тело после осмотра места происшествия отправлю на вскрытие, пули потом на экспертизу. Баллистики уже тут. Как узнаем, откуда стреляли, поищем следы. Вот и все.

— Ты говоришь, две пули в трупе?

— Две.

— Он, что контрольный выстрел ещё успел сделать? При таком стечении народа?

— Нет, конечно. Стреляли издалека. Это было что-то типа дуплета. Но тогда это не просто снайпер, а настоящий ас.

Лицо Ивана Андреевича на секунду помрачнело. Он что-то пробормотал себе под нос.

— Что? Что вы сказали? — спросил Крыленко.

— Нет, ничего. Молодец, всё правильно сделал — похвалил Одинцов, — теперь запоминай. Сегодня у нас суббота. К понедельнику собери все, что сможешь о Седове убитом и о Седове старшем. Все, что есть. Биография, связи, друзья, недруги — ну, не мне тебя учить. Заодно припиши сюда и невесту, может тут ревность. Затем, составь список всех стрелков, что у нас есть на картотеке с адресами: кто сидит, кто гуляет, и где находился в момент убийства.

Крыленко пытался, было, возражать. Но Одинцов не дал ему раскрыть рта:

— В людях ограничений никаких, твое начальство предупреждено. Дело на контроле там, — Одинцов показал пальцем в небо, — так что, сам понимаешь, им результат нужен, как можно скорее. Ко мне явишься в понедельник с результатами предварительных экспертиз и протоколами допросов, и со всем собранным материалом. Всех, кто скажет что-либо путное, вызывай в следственный отдел на вторую половину дня повесткой. Я сам еще раз допрошу. Обрати внимание на жильцов соседних домов. Наверняка, какая-нибудь бабка всю жизнь проводит у окна, и такой спектакль пропустить не могла. Словом, действуй, а я пойду на труп взгляну.