— Разумеется, более чем достаточно. А почему, собственно вы забеспокоились?

— Вы же собираетесь приставить его ко мне в качестве сторожа?

— Нет-нет. Уилкинсон — настоящее сокровище, но с этой задачей он вряд ли справится.

В проеме кухонной двери возник дворецкий с полотенцем, обернутым вокруг пояса, и Адамс объявил:

— Я отвезу мисс Кэндалл за покупками. Позвоните в офис и попросите секретаря отменить все мои встречи на это утро: я вынужден задержаться в связи с неотложным делом.

— Отличная формулировка! — похвалила Барбара. — Ваша секретарша наверняка решит, что вам не хочется вылезать из постели.

Реймонд насмешливо изогнул бровь.

— Секретарь слишком хорошо меня знает. Но если моим визитерам придет в голову такое объяснение, тем лучше. Вы не находите?

Барбара вздохнула и отправилась за кошельком.

Они вышли из отеля через подвальное помещение рядом с прачечной. Реймонд открыл дверцу приземистой темно-синей машины и усадил Барбару рядом с собой.

— Как, не лимузин? Вы меня удивляете?

— Разумеется, нет. Лимузин приезжает и уезжает на случай, если кто-то интересуется моими передвижениями. Но я редко им пользуюсь.

Барбара вспомнила затемненные окна и кивнула.

— А тем временем я свободен делать все, что вздумается. Никто не станет ко мне приглядываться, когда я разъезжаю на такой колымаге. А мне только это и нужно.

«Мистер Адамс не любит привлекать к себе внимание», — сказал ей управляющий накануне вечером. Неужели и впрямь все случилось вчера. Кажется, что прошла тысяча лет с тех пор, как ее проводили в номер люкс. Вчера она бы не удивилась, обнаружив парочку телохранителей и еще какого-нибудь секретаря в придачу к лимузину и шоферу. Но сегодня, уже немного узнав мистера миллионера, оценила его выбор средства передвижения. Машина была не из роскошных, но надежная, быстрая и неприметная.

Но хозяина не заметить невозможно: Адамс не просто возвышался над окружающими, но, не прикладывая к этому не малейших усилий, подчиняет своей воле всех вокруг. Может быть, именно поэтому он почти не появляется на людях. Если так, то даже самые закоренелые скептики, увидев его пару раз с дамой, решат, что происходит что-то серьезное. И тогда она сможет вернуться домой и продать статью Фрэнку.

Впрочем, статью придется публиковать под псевдонимом. Можно представить, какой разразится скандал, когда мистер Адамс узнает о ней, даже если в статье и речи не будет о его интриге. А уж он-то узнает!

— Почему вы хмуритесь? — полюбопытствовал Реймонд. — Беспокоитесь о своей газете?

— О какой? — опрометчиво переспросила Барбара.

— Ну, о той, на которую вы работаете. Вы по-прежнему сотрудничаете с «Трибюн»?

— Какое вам до этого дело?

— Просто подумал, что недурно было бы узнать о вас побольше.

— Вряд ли вы захотите писать обо мне очерк, так что подробности вам ни к чему. А если вас припрут к стенке, скажите, что вас слишком прельщает мое тело, чтобы задумываться еще и о моем внутреннем мире.

Адамс затормозил на красный свет, обернулся к пассажирке и уставился на нее, по обыкновению приподняв бровь. Светофор долго не переключался на зеленый — времени оказалось предостаточно.

Барбара уже готова была включить кондиционер на полную мощность: ей вдруг сделалось невыносимо жарко под этим пристальным взглядом, а из вентиляционных отверстий струились потоки прохладного воздуха. Отчего же так неуютно? Проклятье! Этот человек обрел какую-то непостижимую власть над ней. Но с какой стати она поддается его влиянию. Впрочем, винить надо себя: сама напросилась.

— Зеленый свет уже горит, — буркнула журналистка.

— Спасибо, что напомнили. Если в ваши намерения входило прельстить меня своим телом, то прошлой ночью вы положили достойное начало. Надеюсь, продолжение не заставит себя ждать?

Барбара уже жалела, что не ответила просто на заданный вопрос: это оказалось бы куда проще, нежели теперь поменять тему разговора.

— Раз уж речь зашла о прошлой ночи, — твердо начала она, — Уилкинсон сообщил мне, что в номере есть еще одна спальня. Если вы предпочитаете ту, что я заняла вчера, я охотно переселюсь в другую. Но совместное проживание в мои планы не входит.

Реймонд соизволил принять слегка пристыженный вид.

— Мне следовало бы сообщить вам о второй спальне.

— Еще как следовало.

— Многолетний опыт убедил меня, что разумнее сразу раскрыть карты, если в итоге это все равно придется сделать. Однако прошлой ночью создалось впечатление, что одиночество вас не прельщает…

Незачем позволять своему спутнику углубляться в эту тему. И так ясно, что этого раунда ей не выиграть.

Но остановить мистера Адамса было непросто.