– Гроб качается хрустальный, - пробормотала Мать Клана на неведомом здесь языке и невесело усмехнулась. Уж больно в строчку пришлись слова иномирного поэта. В данный момент тело Виацерии заставляло жить и двигаться только присутствие в нём демона. Её, Ашам. Анестезия, вызванная резким переходом из мира в мир и сменой статуса закончилась и она внезапно осознала, что очутилась в чужом мире, в чужом теле, в роли демона, вызванного для разрешения кризисной ситуации. И что теперь со всем этим делать?! Дав себе порефлексировать пару минут, Ашам привычно встряхнулась, плюнув на все жизненные невзгоды и в который раз решив начать всё заново.

И для начала неплохо бы выяснить, как она теперь выглядит. Попыталась найти в доставшейся по наследству памяти, где находится ближайшее зеркало - ничего не получилось. В голове остались только её собственные воспоминания. Нет, то, что она вспомнила о жизни Виацерии сразу, когда очнулась в Храме Ллос, осталось при ней. Да и та проблема, для решения которой её вызвали отпечаталась в её памяти огненными буквами. А вот куда делись знания о бытовых мелочах? Панику долой! В каких ситуациях ей приходилось вспоминать что-то не своё? Когда случайно, мимоходом останавливала свой взгляд на чём или ком-нибудь. Можно сказать, благодаря свободным ассоциациям.

Стараясь ни на чём не фиксироваться, вспоминая все детские стишки и песенки, какие только приходили в голову, она направилась к ближайшей стене, остановилась и замысловатым образом прищёлкнула пальцами и, казалось бы монолитная поверхность, разлетелась тонкими полосками лёгкой занавески. Шаг вперёд и она очутилась в природном гроте, лишь слегка подработанном рукой умелого резчика. В центре его располагался бассейн с горячей водой, от которой тонкой дымкой поднимался парок, а в одной из стен обнаружилось ростовое зеркало.

Ну что тут можно сказать? Девочка-подросток, в лучшем случае девушка. Чернокожая, остроухая, большеглазая и болезненно худощавая. Светлые курчавые волосы подстрижены настолько коротко, что на её взгляд выглядят скорее плотно прилегающей шапочкой, чем причёской. Она себе не нравилась. Нет, с точки зрения земной женщины девочка-дроу была вполне симпатичной, но в этот момент в ней преобладали ощущения самой Цери. Вот уж чувственная память никуда не делась.

– А ты точно уверена, что не моя сестра?
– донёсся от двери голос Рийрона, вошедшего в купальню следом за демоном. Уж больно знакомым было выражение, с которым та себя оглядывала в зеркале.

– Точно. Мы только на мгновение с ней встретились, когда она уходила из этого мира, а я, наоборот, пришла в него. Кстати, зачем вы это сделали?

– Что именно?
– вот теперь было хорошо заметно, что в знакомом теле совершенно незнакомая личность. Настолько оживлённой и любознательной его сестра никогда не выглядела.

– Демона вызвали. Неужели Виацерии настолько недорога была её собственная жизнь!

– Нет. Её смерть в наши планы не входила. Ты должна была не занять её место, а стать бесплотным подсказчиком и помощником.

Он скинул обувь и уселся на край бассейна, поднимающиеся со дна пузырьки защекотали голые пятки. Могучие плечи поникли. В последние месяцы все проблемы Клана обострились, навалившись скопом, а жизнь сестры таяла не по дням, а по часам. Вызов демона был жестом отчаянья, последним шансом. Ведь в книгах определённо говорилось, что одержимые получают дополнительные силы, как физические, так и магические. Тогда, возможно, она бы и успела перед смертью закончить все дела. Но, видимо, магическое усилие, потребовавшееся для проведения обряда, окончательно оторвало её душу от тела. Сестры нет. Зато в её теле остался демон. Он обернулся, ощутив на себе её тёплый, сочувствующий взгляд.

– Что ты намерена делать теперь?

– Как что?
– она с недоумением посмотрела на брата. Чувства Цери были к этому мужчине были настолько сильны и однозначны, что воспринимать его как-то иначе у неё не получалось.
– Вытаскивать Клан из тех проблем, в которых он оказался. Для чего, собственно, вы и вызывали демона.

– А потом?

– А потом я уйду, - она счастливо улыбнулась, почувствовав, что дорога в то чудесное место, в междумирье, для неё всегда открыта. Там она нужна, востребована и даже необходима. Там её ждёт множество новых встреч и приключений.

– Завтрак подан, прекрасная госпожа, - высокая, сухопарая женщина учтиво поклонилась ей и вышла, оставив наедине с Рийроном. Завтрак накрыли в оранжерее. Жизнь под землёй ещё не повод лишать себя радости общения с живой природой.

С интересом наблюдал Рийрон, как Ашам накалывает кусочки ройгуров, сосредоточенно рассматривает их и решительно отправляет в рот. Сама же демон размышляла, почему она не имеет ни малейшего представления о том, что ест. Никаких эмоций - главного ключа для открытия шкатулки чужой памяти с ней не было связано. Любила она или только терпела это кушанье, по вкусу слегка похожее на маринованные опята (хотя кто его знает, может оказаться и слизнями в собственном соку)? Хотя неудивительно, что девочка жила как во сне. Оставшись сразу после рождения без матери сразу приняв на себя всю магическую нагрузку Матери Клана, удивительно как ей удалось дотянуть и до таких то лет. Всё-таки преобразовывать и перераспределять между членами клана энергию источника и для взрослой здоровой женщины задача непростая, а уж для младенца, который родился-то с половиной оборванных жизненных нитей…