Олег поднялся, выпрямился.

Танк мигал. Он был невредим. Он вертел башней. Все-таки Пушок – ручное оружие индивидуального пользования, а не стационарный орудийный противотанковый бластер.

Плевок перегретой плазмы.

Танк вспыхнул. Пламя вырвалось между колес и стало лизать борт, языки касались кабины. Для поражения даже легкой брони температура плазмы так себе, но нестабильный сгусток растекся по колесам и гусенице, проникая в мельчайшие щели. Олега спасло то, что он не попал в борт.

Грохнуло так, что Баталов осел. Взорвался барабан со снарядами. Башня «призрака» взлетела, сорванная, на столбе пламени. Баталов опрокинулся на спину, глядя, как пятитонная башня, кувыркаясь на фоне облаков, описывает дулом круги. Она шлепнулась метрах в десяти от уже ползущего прочь Олега, в следующее мгновение в машине сдетонировал остальной боекомплект.

– Салль! – Баталов толком и не понимал, зачем он зовет дикарку. С неба сыпались колеса, части гусениц, куски брони. – Салль!

Оглушенный, он сжимал в руке разрядившийся бластер. Черная дыра в стене. Она напомнила Олегу о том, что совсем близко находится оружие. Мощное. Самое что ни на есть современное, конкуренцию которому может составить разве что летающий над Крикком «Троян».

– Салль!

Нет, осторожно. Зачем он так кричит? У Фармы могли быть еще «призраки». Например, парочка оснащенных подобным камуфляжем тяжелых артиллерийских установок, полностью автоматизированных. Как вам?

– Брось бластер! Руки за голову.

Сквозь пелену черного дыма Баталов увидел фигуру. Это была не Салль и не тяжелая артиллерийская установка. В руках боевик сжимал плазмоган.

– Салль…

На плазменном накопителе Пушка горел «зеленый». Зарядки – ноль. Бластер оставался оружием, но, мягко говоря, не очень эффективным. Тяжелый предмет с тупой поверхностью, или что-то вроде того.

– Где Фарма? – Баталов бросил бластер себе под ноги. – Я могу перебить ему дестроер.

А что еще он мог сказать? Выбить плазмоган? Очень смелая идея, если учесть, что на его хозяине экзоскелет, а скорость пучка протонов каких-то двести километров в секунду. Дернись Олег, и его тело получит не только термический ожог, но и электрический удар.

– Молись своему Крэмбергу. – Парень положил палец на спусковую скобу. – Отстегни медблок.

Наркота? Пожалуйста. Могли и сами трупы обыскать. Или здесь мины?

– Коммуникатор. Быстрей!

Правильно. Что убивший космодесантника тигр космоса предоставит коллегам в доказательство после выстрела, облако газа?

– Сейчас в ходу скальпы. – Олег потянулся к ножу.

– Руки за…

Стрела вошла в голову боевика, попав между лицевым щитком и боковой наскульной пластиной. Филигранный выстрел. Вторая отскочила, ударив рядом. Подручный Фармы покачнулся, Олег всадил в левую глазницу боевика нож, и тот рухнул.

Дикарка, растрепанная, перемазанная с ног до головы, выглядела еще более обворожительно.

– Ты нашел Крэкка?

– Сейчас все отыщем, не переживай. – Олег поднял медблок, бластер, вытащил из рук убитого плазмоган. – Ваши охотники оставляют пару стрел на месте ночевки или водопоя, так вот и здесь так же. Арсенал небольшой, но нам хватит. Фарме точно мало не покажется, будет тебе и Крэкк, и… скальпов на приданое наберем!

Баталов повел «скальпоганом» из стороны в сторону, ощущая грозную тяжесть оружия. Первые плазмоганы мирно паяли и резали металл. Молекулы водяного пара обжимали плазменную струю, сбивая поднявшиеся частички металла, чтобы те, не дай бог, не попали в легкие сварщика. Трогательная забота о человеке! Стихи! А потом плазмой начали резать самих сварщиков, да что там, кромсали всех, кого ни попадя. Живые люди? На языке оружейников это звучало как «вещество мишени».

– Держись за мной. – Облачившись в экзоскелет убитого, Баталов почувствовал себя гораздо лучше. – И больше никакой самодеятельности!

Олег первый вошел в почерневший от копоти пролом в стене подрезанного гравидеструктором здания. Достаточно было перешагнуть оплавленный край пенобетона, и они оказались в зоне потенциального обвала. Салль бесшумно следовала за космодесантником.

Снаружи мелькнули в дыму, пропали две фигуры. Значит, заперли гостей. Путь назад федералу и его дикой спутнице был отрезан.

Залы типовых имплантационных центров не отличались друг от друга по всей Галактике, так что Баталов знал, куда идти. Слева и справа стояли кабинки для персональной имплантации, только сейчас все они были сожжены практически до основания, а на полу лежали в полуистлевшем тряпье кости. Остатки металлопластика матово поблескивали в розоватом свете лампы под потолком. Ступая, Олег прислушивался к движению пола под ногами, так и есть – слабые, но явные колебания. Выступающие из стен силовые консоли несущей конструкции были перебиты измененным гравитационным лучом.