Лес поредел. Когда низколобые спустили Олега на землю, он увидел, что находится на открытом пространстве. На ветерке дышалось легче. Непроходимые заросли исчезли, а с ними и прелый сумрак. Дикари развели костер.

Их было пятеро или шестеро: местные все время сновали в листве, словно обезьяны. Разрисованный Джорба с листьями папоротника на поясе подошел к старику в шкурах. Кривые пальцы седого дикаря разрывали оранжевую мякоть диковинного фрукта с черными пестиками величиной с карандаш.

Джорба что-то прошептал старику. Из всех слов Олег понял лишь «гучарро».

– Шаман спрашивает, можно ли тебя развязать? – Джорба вытащил изо рта пленника кляп.

1,05 Ag на коммуникаторе, по меркам Крикка – полнейшее беспросветное спокойствие. Просто ледяное. Баталов кивнул: развязывайте.

– Шаман вылечит тебя от гучарро, – произнес Джорба, указывая на старика в шкурах. – Приготовит противоядие.

– Ты же говорил, что гучарро – это навсегда. Легче вычерпать реку, чем изгнать демона. Твои слова?

Низколобый покосился на шамана, потом приблизил к землянину полосатое лицо:

– Все так, но он справится. И еще. Я сказал, что взамен ты принесешь ему Шлем силы.

Ясно. Племя музай очень осторожное племя. Каждый человек приходит в этот мир со скальпом на голове, а уходит подчас без скальпа. У воинов музай много ловкости, но мало храбрости. Но и без этого, кто допустит низколобых сразиться с истинными воинами?

– Так вы спасли меня, чтобы отправить за Шлемом силы? – спросил Олег.

– Ты великий конструктор.

– Инструктор, – поправил Олег. – И меня интересует нейрошлем. Шлем Крэмберга, чтобы тебе было понятней. Передай шаману, что я соберу ему все каски и шапочки на планете, как только верну свой шлем, но для этого мне нужно противоядие.

На огне появился армейский выдвижной котелок со сбитым блоком нагрева – инфракрасным излучателем. Шаман невозмутимо достал из-за пояса кусок бамбука, заткнутый сверху пробкой. Вытащив пробку зубами, дикарь наклонил палочку. В закипающую воду посыпался порошок.

– Стой! – Баталов схватил Джорбу за руку. – Это еще не все. Скажи ему, что если Шлем Крэмберга попадет к плохим людям со звезд… Что вытаращился? Плохие, значит, это не я. Если он попадет в руки к плохим людям, то музай погибнут. Все племена на Крикке погибнут, вместе. Зачем мертвецам Шлем силы? Мой шлем – вот что сейчас главнее всего!

– Крэмберг великий бог, – сказал Джорба. – Но ваш бог еще не родился, когда Шлем силы…

– Некогда дискутировать. Переведи ему!

Джорба отправился к шаману. Поклонился, что-то зашептал, застыв в почтительной позе. Олег как мог доброжелательней улыбнулся старому маразматику:

«Только не отрави!»

Не глядя на землянина, старик убрал котелок с огня. Поднялся. Он уходил.

– Эй, уважаемый! Хорошо, уговорили. – У Баталова не оставалось выбора. – Я принесу вам Шлем силы! Но, черт побери, я ранен.

Вернувшись на место, шаман принялся невозмутимо помешивать варево. Джорба подошел к Олегу с куском оранжевой мякоти в руке. Тлян, сказал он. Священный. Нужно к ноге. Баталову больше всего понравилось «священный». Здесь трижды святой антибиотик не помог, а ему суют подгнивший апельсин с тычинками.

– Я не собираюсь прикладывать к ране всякую дрянь, – сказал Олег. – Пусть даст противоядие.

Джорба смазал соком тлян лист папоротника, нарезал сырое мясо, покрошил кусочки на лист, завернул в него.

– Что ты делаешь?

Джорба молча бросил лист к ногам землянина. Шаман снял с огня котелок.

– Это заставит на время замолчать духа гучарро в твой душе, пришелец. – Старик вручил котелок Баталову. – Когда ты принесешь Шлем силы, я изгоню духа навсегда.

Выпив обжигающего бурого отвара, напоминавшего прокисший чай, Олег моментально заснул.

Очнувшись, он не увидел ни костра, ни шамана, ни Джорбы. Видимо, дикари отнесли отдыхающего «конструктора» в укромное место набираться сил. Лист папоротника с тлян вложили инопланетному богатырю в правую руку.

Олег развернул папоротник. Куски мяса склеились воедино, да так плотно, что не разодрать. Смазав рану мякотью святого апельсина, Баталов захрапел.

Олега разбудил тихий стон. Кто-то стонал протяжно и вот замолк. Потерявший сознание раненый человек. Или приснилось?