Шрифт:
Счастье в нас, а не вокруг да около
Большой пес, увидев щенка, гоняющегося за хвостом, спросил:
– Что ты так бегаешь за хвостом?
– Я много думал, я изучал философию и вот догадался до того, до чего не догадывалась ни одна собака до меня; я понял, что лучшее для собаки – это счастье и что счастье это скрывается в хвосте, поэтому я и гоняюсь за ним, а когда поймаю, он будет мой!
– Сынок, – сказал пес, – я тоже интересовался философскими вопросами и тоже составил некоторое мнение на сей счет. Как и ты, я понял, что счастье – это лучшее, что может быть у собаки, и что счастье наше в хвосте, но я заметил, что куда бы я ни пошел, что бы ни делал, он следует за мной, так что мне не нужно за ним гоняться.
Есть над чем подумать
Дзенский монах Догэн жил уединенно в своей хижине на опушке леса. Как-то несколько странствующих буддийских монахов попросились к нему на ночлег. Когда они согрелись у огня и поужинали, то завели разговор о сущности бытия, утверждая, что человеческий мир – лишь иллюзия человеческого сознания. Устав слушать их болтовню, Догэн спросил:
– Как вы считаете? Вот тот камень находится внутри или снаружи сознания?
Один монах ответил с умным видом:
– Конечно, внутри.
– Твоя голова, должно быть, очень тяжелая, – сказал ему Догэн, – раз ты носишь в своем сознании такие камни!
Пустота
Некто спросил у учителя Ле-цзы:
– Почему ты ценишь пустоту?
– В пустоте нет ничего ценного, – ответил Ле-цзы и продолжил: – Дело не в названии. Нет ничего лучше покоя, нет ничего лучше пустоты. В покое, в пустоте обретаешь свое жилище, в стремлении взять теряешь свое жилище. Когда дела пошли плохо, прежнего не вернешь игрой в «милосердие» и «справедливость».
Что это такое?
Нашли люди лягушку и заспорили: каждый гадал, что это такое.
– Это вороненок, упавший в воду, – сказал один.
– Нет, это малек, только у него пузо раздуло, – возразил другой.
– Нет, это аист – он ведь произносит «вак, вак» (вак-вак – так иногда по-персидски называют аиста), – утверждал третий.
Отправились они к Дахо и спросили:
– Рассуди наш спор. Что это такое?
– Это соловейчик, только он или еще мал – крылья не отросли, или совсем стар – крылья отвалились.
Как знать…
Ходжа Насреддин пришел на собрание. Присутствующие обсуждали вопрос зла и добра.
– Если вокруг будет по-прежнему твориться столько несправедливости, то мир перевернется кверху дном, – сказал один.
– Кто знает – может, дно окажется лучше, – заметил Ходжа.
В поисках истины
Король послал Насреддина посетить всех известных мудрецов в различных краях земли. Когда мулла вернулся домой, он представил отчет, в котором было написано одно – единственное слово: «Морковь».
Его вызвали для объяснений. Насреддин сказал королю:
– Лучшая и питательная часть мудрости спрятана под землей. Мало кто знает, за исключением земледельцев, как работать для нее, чтобы она не испортилась. К этой работе, к тому же, причастно большое количество слов.
Ежели да кабы…
У муллы спросили:
– Что ты скажешь о совершенстве Божественной воли?
– С тех пор как я себя помню, – сказал мулла, – случается постоянно то, что говорит Господь Бог; а если бы сила была не в руках Господа, когда-нибудь да исполнилось бы и то, что я говорю.
Неожиданное наставление
Некий монах спросил наставника дзен:
– Я только что пришел в монастырь. Пожалуйста, дайте мне наставление.
– Ты уже съел свою рисовую кашу?
– Да.
– Тогда тебе лучше пойти и вымыть свою миску.
Просто так
Когда мастер дзен Обаку Киун впервые пришел повидаться с другим дзенским мастером – Хякудзе, тот спросил у него:
– Откуда ты пришел с таким величественным видом?
– С таким величественным видом я пришел из Рэйтю, – ответил Обаку.
– Зачем ты пришел? – спросил Хякудзе.
– Просто так, – ответил Обаку Киун.
Это подобно осенней паутине
Кто-то спросил у учителя: «Какова разница между жизнью великого мудреца и обыденной жизнью заурядного человека?»
Учитель ответил: «Это подобно осенней паутине. Некоторые ошибочно принимают ее за пар, но в действительности это паутина, парящая в воздухе. Средний человек видит мудреца и считает его жизнь такой же, как и его собственная обычная жизнь, в то время как просветленный человек видит нечто святое в жизни среднего человека».
И Бога хвалим, и грешим
Ага-хан III, лидер исмаилитской секты, был очень неравнодушен к удовольствиям трапезы.
– Как же вы, духовный человек, можете сочетать мирские наслаждения с религией? – спросил его возмущенный посетитель.
– Я не думаю, что Господь создал хорошие вещи этого мира только для удовольствия грешников, – ответил Ага.