Моя жена тоже раньше работала в больнице. Теперь больше не работает. По всей видимости, это потому, что у нас много детей, и она, я думаю, сидит с ними дома. Но она скоро будет сниматься в художественном фильме. Я напишу сценарий и буду режиссером. На это у нас с женой времени хватит, это же не сложно. Надо только выбрать недельку свободную.

По телевизору недавно показывали интересную рекламу. Подход оригинальный. Из трех частей. Сначала японка в традиционной японской одежде склоняется в приветствии, а на груди у нее, на одежде, вышито четыре иероглифа — добрые пожелания по-японски. Вторая часть — европейская женщина в сильно декольтированном платье склоняется в приветствии. Грудь открыта. На груди губной помадой написаны те же четыре иероглифа. А третья часть, где, собственно, и говорилось о самом рекламируемом товаре, была уже у меня дома. Заходят ко мне двое мужчин, приносят большой черный ящик. Красивый, блестящий, гладкий. Крышка открывается. Там третий мужчина лежит, это он открыл.

— Вот, — говорят, — уникальной конструкции ящик! Открыть и закрыть можно только изнутри. Снаружи открыть невозможно.

Я лег, попробовал. Действительно, удобно.

— А зачем, — спрашиваю, — нужен такой ящик?

— А вот, например, собираетесь вы поехать на юг. На поезде. Ложитесь в ящик, просите кого-нибудь сдать вас в багажное отделение. И через два дня приезжаете на юг в ящике!

— Ну нет, — говорю, — на юг в ящике не удобно! Вдруг бросать начнут, кантовать?

— Ну, не удобно, это верно, — соглашаются…

Но ящик хороший. Я купил.

У нас в больнице много молодежи. Еду в лифте — кто телевизор везет, кто компьютер. Недавно один молодой человек медсестре комплимент делал.

— В самолете, — говорит, — самое главное что? На какую температуру рассчитаны занавески на иллюминаторах! Представьте, летим мы с вами на самолете. Вы, я надеюсь, сидите рядом со мной. И вот, вы смотрите в окно. Если мы летим низко, в слоях холодных облаков, то я хлюпаю носом. Крышка моему носу! Если же летим высоко, то крышка захлопывается, завинчивается, и я носом не хлюпаю!

Девушке комплимент пришелся по душе. Они с ней отошли в сторонку, и девушка говорит:

— Знаете, у меня еще не было мужчины, и мне таких слов еще никто не говорил! Запомните это!

Я рядом стоял, подслушивал.

Вчера жена встречает меня в больнице, спрашивает, как, мол, ей одеться на съемки фильма? Надеть строгий костюм, или что-нибудь сексуальное, из светлой ткани, в стиле «хинди»? Я ответил, что, конечно, лучше одеться сексуально. «Хинди», по моему, вполне подойдет. Я не против того, чтобы моя жена выглядела на экране сексуально.

Сегодня в больнице презентация. Японцы проводят. Показывают свои национальные блюда. Один стоит и мышей ест. Это полезно для здоровья и ума. А мне они дали бутерброд с плавленым сыром «Виола». Не знаю, по моему, очень вкусно.

Пошли с женой в левое крыло. Она, как и я, не боится того, задумчивого, с родинкой, что гробики возит. И очень интересно получилось: в одном кабинете из стены выезжает полка, а на ней — три маленькие медные фигурки фантастических животных. Много мелких деталек, все красивое, блестящее! Головки шевелятся, ротики открываются, и главный зверек говорит что-то. Причем, громко так, отчетливо, по-русски. Жена хотела разобрать, что он говорил, но, к сожалению у нее ничего не получилось, потому что у меня в руках в тот момент была включенная кофемолка, и было слишком шумно.

Еду в дальнем грузовом лифте левого крыла. На стене зеркало. Смотрю на свое отражение — лицо задумчивое, на подбородке большая родинка. Спускаюсь в подвал. Там у меня есть помещение, где я храню свои черные ящики, те, что только изнутри открываются. Один всегда держу открытым. Захожу, ложусь, крышку закрываю. И тихо так, хорошо, покойно! Полежу, отдохну. Никто не найдет меня здесь, не потревожит. Ни начальство, ни сотрудники, ни больные. Во-первых, крышку снаружи не откроешь. А если б и можно было — кто ж знает в каком из ящиков я лежу! Их тут много стоит.

Полежу дня два, отдохну, а потом на рынок пойду. Или просто в город. Хочу разобраться, чем город живет, чем дышит? Не поверхностно, а саму суть хочу понять, СМЫСЛ настоящий!

В окна к людям надо заглядывать, все тогда и поймешь…

А тут, в подвале… Не знаю, может, и в других ящиках кто-то лежит. Не знаю. Я не помню.

Дома хорошие! Обычно нижние венцы всегда гниют, а там хорошие. Просто обычно в России делают без фундамента, а там с фундаментом. К тому же лиственница не гниет. И наверху там у них такая труба мощная. 85 км до районного центра. А дома есть — по фасаду с одной стороны 12 окон! Ну, у них леса много — вот они и строят. Да и семьи большие. И пьют не все. То есть все, но не поголовно. А то, бывает, бабушка выпьет стопку, благословясь.

Так в деревне и на селе. В городе иначе. Александр жил в городе. В принципе, город это тоже не подарок.

Вообще на жизнь все смотрят по-разному, и счастье — понятие относительное. Людей, живущих в абсолютно одинаковых условиях, можно разделить на 3 категории.

Это только дурак может думать, что людей можно разделить на сколько-то каких-то категорий.

Было бабье лето. Светило солнце. Было утро. Играла музыка. Александру было по кайфу, и он выкопал яму. Люди, которые совершают только осмысленные действия и каждым своим поступком преследуют какую-то цель, достойны сочувствия. Александр был счастливее этих людей, он выкопал яму просто так.