– Да, это серьезно, – согласился Мердок. Президент понимал, что весть о разработке иранцами атомного оружия под самые выборы сильно подорвет его шансы остаться на второй срок. – Ядерную программу иранцев нужно остановить любыми средствами. Пусть даже нам придется повторить опыт Израиля, нанеся воздушный удар по их атомным станциям.

– Думаю, как раз Израиль и сможет оказать нам некоторую помощь в разрешении этой проблемы, – заметил директор ФБР. Аарон Сайкс, возглавлявший структуру, которая непосвященным казалась лишь обычной полицией, пусть и страдавшей завышенным самомнением, а на деле являлась мощнейшей контрразведкой, был близко знаком со многими высокопоставленными евреями, будучи и сам одним из представителей богоизбранного народа. На почве этого он даже сумел наладить качественное взаимодействие американских спецслужб и "Мосада". – Их города как раз находятся в зоне досягаемости иранских ракет, а потому на содействие Тель-Авива можно полагаться целиком и полностью.

– Израиль, скорее, может ухудшить ситуацию, – возразил глава АНБ, покачав головой. – Это ядерная держава, и если еврейское руководство ощутит угрозу, тем более, Иран и так поддерживает "Хезболлу" и палестинцев, оно может принять необдуманное решение, руководствуясь эмоциями. Действия, которые сейчас предпринимает Иран, могут вызвать региональный ядерный конфликт, а потому израильтян следует сдерживать, хотя, конечно, при определенных обстоятельствах использовать еврейский опыт и даже их непосредственную помощь возможно. Если иранцы действительно будут готовы создать ядерное оружие, воздушный удар может и должен быть нанесен.

– На многих их атомных объектах находятся русские, – заметил шеф ЦРУ Крамер. – Кроме того, там немало других иностранцев, инспекторов МАГАТЭ, и бомбить их – не лучшее решение. Израильтяне могли себе это позволить в восемьдесят первом, в Ираке, но сейчас иные времена.

– Ядерная программа Ирана должна нас беспокоить сейчас в последнюю очередь, – рубанул воздух ладонью Форстер. – В любом случае, у них нет ракет, способных доставить заряды хотя бы до Западной Европы. Самые мощные баллистические ракеты, которыми обладает Тегеран, "Шихаб-3", созданные на базе северокорейских ракет, имеют дальность около полутора тысяч километров, а, значит, не представляют угрозы ни для нас, ни для большинства европейских партнеров по НАТО. Кроме того, у иранцев этих ракет считанные единицы, и надежность их пока оставляет желать лучшего.

Гораздо больше меня беспокоит намерение Ирана вооружить свои подлодки, субмарины типа "Кило" русского производства, русскими же противокорабельными ракетами SS-N-27. Если они получат такое оружие, то смогут контролировать весь залив, угрожая нашим авианосным группировкам и танкерам, перевозящим нефть. Кроме того, они еще намерены закупить несколько ракетных катеров типа "Тарантул" с ракетами SS-N-22, которые в сочетании с подлодками и авиацией могут заставить нашу эскадру вовсе уйти из Залива.

Если персы смогут реализовать свои замыслы, нас, в случае, если решение о военной операции против Ирана будет принято, ждут большие проблемы. Эти фанатики могут воевать самоотверженно, а с русским оружием они имеют все шансы нанести нам поражение, тем более, на своей земле. И чтобы переломить ход войны, нам, возможно, придется даже пойти на применение ядерного оружия. Нам, господа, а вовсе не иранцам, которыми мы уже запугали полмира!

– То, что случилось с Ираком, заставило многих опомниться и начать укреплять свои вооруженные силы, – наставительно произнес Флипс. – Иран явно метит на роль региональной сверхдержавы, и если это у него получится, многие наши союзники могут переметнуться к аятолле. Уже такие страны, как Саудовская Аравия, готовы поддержать Иран. Даже Кувейт, хотя и не присоединился к ультиматуму, оглашенному в Вене, колеблется, ведь он в значительной степени зависит от экспорта нефти, и новая война в Заливе подорвет его экономику.

– Думаю, Николас, вам стоит встретиться с королем Абдаллой, – предложил главе ЦРУ президент. – Слетайте в Эр-Рияд, побеседуйте с шейхами по душам, объясните, что к чему. Мы в свое время спасли их от Саддама, это они должны помнить. А сейчас опишите все ужасы, что их ждут, если Иран выйдет из-под международного контроля. Как верно заметил генерал Фостер, у персов нет ракет большой дальности, их авиация тоже в весьма плачевном состоянии, но все же добросить пару боеголовок до Саудовской Аравии они в состоянии. Вот на это и бейте, и не жалейте их воображение. – Мердок злорадно усмехнулся: – Пусть эти погонщики верблюдов понервничают. Глядишь, станут сговорчивее.

– Я понял, сэр, – Крамер невозмутимо кивнул. – Я все сделаю. Думаю, еще не поздно заставить арабов одуматься.

– А нашим военным я бы пока посоветовал снизить активность возле иранских границ, – теперь президент Мердок обращался к генералу Форстеру. – Не стоит, Дональд, нервировать этих горячих южных парней. Пока мы не готовы к масштабным военным действиям, а если случайные стычки вроде той, о которой вы здесь уже упоминали, будут повторяться с тем же исходом, это подорвет моральный дух наших солдат до начала кампании.

"И лишит тебя шансов быть переизбранным", – мысленно добавил Реджинальд Бейкерс, с трудом сдержав презрительную усмешку. Избирателям не нравится, когда их родные возвращаются в Штаты в пластиковых мешках, или вовсе остаются на дне морском, и уж кто-кто, а Мердок превосходно понимал это.

– Хорошо, сэр, – кивнул и Форстер, не имевший привычки обсуждать приказы, за редчайшим исключением. – Я сообщу об этом на заседании начальников штабов, и мы пересмотрим некоторые планы.

В этот момент дверь в зал совещаний вновь приоткрылась, и на пороге возник глава администрации Белого Дома. Алекс Сайерс, профессиональный психолог, освоивший сложное и ценное искусство "пиара", почти неотлучно находился при президенте, оказывая на принимаемые им решения больше влияние, чем любые аналитические структуры, типа мощнейшего мозгового треста "РЭНД".