В матерной брани проявляется древний обезьяний атавизм, а также демонстрация агрессии, замещающая в воображении реальное действие. Поэтому в таких выражениях, как: «Помериться хуями», «Пошел на хуй» и т. д., заставляющих краснеть дам и интеллигентов, нет ничего необъяснимого. Кстати, обратите внимание, что мат распространен в средах с ярко выраженной агрессивностью и конкуренцией: рабочие, военные, уголовники. В уголовном мире зачастую воображаемая демонстрация агрессии переходит в действительные акты «опускания» (гомосексуального изнасилования), т. е. к той же самой демонстрации власти и способу подчинения старыми, дедовскими, то бишь обезьяньими, методами. И если фрейдовская теория «зависти к фаллосу» у женщин и детей верна, то причина ее кроется в зависти к социальному статусу обладателя пениса.

Агрессивное поведение включает и акции (позы) подчинения. Проигравший противостояние или поединок должен умиротворить победителя. Складывающий оружие поступает противоположно тому, что делает нападающий. Он преуменьшает свои размеры, прячет когти, зубы, рога. Падает ниц – ложится на спину, подставляя самые уязвимые места. Такие позы снижают агрессивность нападающего, отменяют акции агрессии.

Как проигравшему остановить распаленного в драке победителя? Отбор нашел блестящее решение: пусть слабый предложит сильному нарушить запрет. И запрет остановит его. Проигравший волк, лев и олень вдруг прыжком отскакивают от противника и встают к нему боком, в положение, самое удобное для нанесения удара. Но именно этот-то удар противник и не может нанести. Проигравший мальчишка закладывает руку за спину и, подставляя лицо, кричит: «На, бей!»… Этот мальчишка никогда не слышал о Библии, в которой несколько тысяч лет назад безвестный психолог написал загадочную фразу: «Если ударят по одной щеке – подставь вторую». Зачем? [59]

Не этим ли объясняется специфика молитвенных поз в основной массе религий? Можно также вспомнить, как ретивые набожные люди выражают свое отношение к «небесным силам». Распространяя, проецируя свои иерархические отношения на сферу метафизическую, такие люди склонны воспринимать богов, или Бога, как доминантов в своем стаде. Вспомните, как в некоторых священных текстах описывается заискивание богобоязненных людей перед «высшими силами», их умиротворение и задабривание своих повелителей. Хотя, конечно, мотив потусторонней иерархии нельзя объяснить лишь механизмом психологического переноса, проекции отношений между людьми на мир иной. Возможно, иерархическая проблема (буквально – проблема священноначалия) значительно глубже. И у нас нет оснований отрицать идею того, что, напротив, отношения в физическом мире являются воплощением отношений на метафизическом (сверхфизическом) уровне. А может быть, корень иерархического зла не в том и не в другом, а в нашем фундаментальном Сознании, пораженном «космической болезнью»?

В своей глубинной природе животные – мирные и добрые существа, желающие любви и согласия. Такая мысль подтверждается тем, что, как правило, в условиях, когда всем хватает пищи, пространства и сексуальных партнеров, животные ведут себя миролюбиво и приветливо в отношении представителей своего вида. «All You Need Is Love» («Все что нужно – любовь») – замечательный бренд «Битлз». И это было бы именно так, не будь у нас нужды делить что-либо между нашими «братьями» и «сестрами», а заодно и с представителями других форм жизни. Да вряд ли представители этих других форм жизни, которые входят в рацион миролюбивых животных, живущих в любви и… достатке, посчитают последних «добрыми». Увы, в условиях земной жизни, построенной на принципах эгоцентрической вселенной, ярость и агрессия – это не грех, а один из способов выживания.

Агрессия связана с внутривидовой конкуренцией.

Как однажды заметила известная исследовательница древних народов Нового Света профессор Галина Ершова, человек должен включать свои мозги и начинать совершенствовать свою жизнь, когда у него под боком есть агрессивный сосед, который готов занять его территорию. Как это ни печально звучит, но это основной символ для того, чтобы мобилизировать силы и начать что-то делать. Пока идет медленный процесс освоения территории, тут необходимости особой нет: можно поесть травки, орехов, сорвать банан, поймать какую-нибудь игуану и выжить. Но как только надо биться за свою территорию, чтобы прокормить с этой ограниченной территории растущее население, тут человек начинает двигаться к цивилизации очень быстро.

Обычно агрессия не направлена на уничтожение объекта нападения. А вот яростная охота (межвидовая конкуренция), напротив, предполагает убийство и поедание жертвы. Все это механизмы «естественного» отбора. Конечно, не будь у нас нужды делить «жирную и аппетитную землю», не было бы и этого «естественного» отбора со всеми его «негуманными» последствиями. Но сейчас мы имеем то, что имеем.

У замечательного американского фантаста Филипа К. Дика есть рассказ, в котором один ученый, по имени Лабиринт, изобрел машину, сохраняющую шедевры мировой культуры – музыкальные произведения Моцарта, Брамса, Вагнера и других великих композиторов. «Сохраняющая машина» превращала гениальные произведения в… живых существ. В зависимости от характера произведения, получались то причудливые птицы, то милые и резвые овечки, то трудолюбивые жуки. Но потом животные начинали жить своей собственной жизнью в лесу за домом доктора Лабиринта. Однажды, когда ученый решил проведать творения, воплощения возвышенного духа, он обнаружил… свирепых, ядовитых тварей, жадно пожирающих друг друга. Да, животные, оказавшись в суровых условиях земной жизни, были вынуждены адаптироваться к условиям среды обитания, им нужно было ВЫЖИВАТЬ! «Да, – печально вздыхает доктор Лабиринт. – Чтобы сохранить себе жизнь, собака становится волком. Закон джунглей». Выживание музыкальных существ, созданных, чтобы защитить Прекрасное от внешнего зверства, превратило их в ужасных и беспощадных хищников. И для этого достаточно всего нескольких факторов: желание выжить, зависимость этого выживания от питания, способность адаптироваться к условиям среды обитания и ограниченное пространство, пригодное для жизни. Так яйца становятся «роковыми». Не стоит себя обольщать, но перенаселенность ограниченной территории (будь это хоть целая планета) обязательно приводит к убийству себе подобных и тотальным войнам под знаменем очередной «высшей справедливости».

Охота обеспечивает пищу, а агрессия гарантирует жизненное пространство, необходимое для пропитания особи или группы особей, служит отбору лучших брачных пар, обеспечивает защищенность потомства, обеспечивает структуру взаимного подчинения. В человеческом сообществе лидер или тот, кто претендует на этот статус, обязан проявлять акты агрессии. В обратном случае он будет обречен встать в позу подчинения или же удалиться с поля конкурентной борьбы (как это обычно делали духовные учителя, такие как Иисус и Сиддхартха Гаутама). Пока будут существовать поля, на которых нет конкурентной борьбы, будут появляться святые, битники и хиппи. Но правда нашей жизни в том, что этих полей становится все меньше и меньше. «Make love, not war» («Занимайтесь любовью, а не войной»). Но где сейчас хиппи? А вот высказывание античного философа Гераклита: «Война – отец всех, царь всех: одних она объявляет богами, других – людьми, одних творит рабами, других – свободными» – актуально и по сей день. Однако нельзя утверждать, что недостаток пищи и пространства является изначальной причиной агрессии.

Показательна буддийская история происхождения нашего мира. После того как в результате космогонического процесса возникает земля, появляются люди, во многом подобные богам. Срок их жизни равен 84 000 лет. В это время земля покрыта особым земляным пирогом, источающим несравненный аромат. У людей нет необходимости в питании, но аромат земли настолько велик, что они постепенно, и вначале понемногу, начинают уплетать пирог и в конце концов съедают его весь. По мере потребления пирога срок жизни людей сокращается, тела их грубеют, формируются органы пищеварения, и к моменту, когда весь земляной пирог оказывается съеден, люди уже не могут обходиться без пищи. Люди начинают выращивать рис, но его не хватает на всех. Тогда люди начинают делить территорию и устанавливать границы своих владений. Для обеспечения порядка избирается самый мудрый и достойный. Так появляется первый царь со своими помощниками. Однако нравы все более ухудшаются, люди деградируют, и настает момент, когда они уже не испытывают по отношению друг к другу ничего, кроме ненависти. Срок жизни сокращается до десяти лет, люди разбредаются по лесам, не желая видеть себе подобных, а повстречавшись, тут же затевают смертный бой. Однажды появляется человек, который понимает, что так жить нельзя, и начинает среди сородичей проповедь дружелюбия. Нравы улучшаются, срок жизни увеличивается до 84 000 лет. Но потом процесс деградации повторяется вновь. Эта история говорит нам о том, что не недостаток пищи и жизненного пространства является коренной причиной агрессии и общества, построенного на иерархическом принципе. Если бы люди не поддавались соблазну «ароматов земли», им не пришлось бы заботиться о пропитании вообще, а значит, и прибегать к насилию в отношении представителей своего вида и других форм жизни.