Каждый из нас лишь кивнул. Это было понятно и так.

— Хорошо. Присаживайтесь, нам следует обговорить дальнейшие действия.

Эп? Нам? Мы что, уже типа малого совета? Или как? Мастер Тарис и Райфр сели по обе стороны от Государя, Макс занял место сразу после Тариса, я — за ним. Рядом со мной — Илир, примостившийся с краю кресла и Зайр, Лари и Ниона оказались таким образом рядом с Райфром. Вот как им всегда удается так подгадать количество кресел, а? Ни одного лишнего — и ни одного недостающего. Отвлекаюсь.

— Насчет тех знаний, которые я передал тебе, Анна. Думаю, что после всего, что ваша семья сделала для меня — вы более других достойны стать наставниками моего сына. Понятно, что официально наставником будет Максир, не думаю, что с этим возникнут трудности. Особенно после того, как будет восстановлено имение. Уж прости, Максир, но до тех пор, пока поместье и усадьба не будут отстроены — все это останется лишь между нами, устным договором. Было бы глупо сейчас, через несколько нирм после назначения тебя управляющим, давать тебе ещё одно, настолько ответственное задание. Думаю, ты и сам понял, для чего я тебя отправил именно туда. Государство теряет северные имения. Санги не действуют открыто, но делают все, чтобы ослабить северные земли, вернуть себе утраченное в войнах с фреями. Сейчас они постараются сделать все, чтобы вы стали зависимы от них. Более выгодные цены, бескорыстная помощь, переселенцы… Будьте осторожны там… Как вообще продвигается освобождение севера?

— Хорошо продвигается, быстро. — ответил ему Макс. — Уртвары бегут, практически не сражаясь. По моему мнению, они хотят успеть закрепиться в имении Паренов. Их слишком мало для того, чтобы удержать весь север.

— Завтра-послезавтра будет освобожден Харш-Нар. — сказал Райфр. — Во всяком случае это то, что пришло ко мне по каналам тайной службы.

— Хорошо. Тогда собирайтесь — и выдвигайтесь. — ещё раз обвел взглядом всех нас Государь. — Вам сейчас в Столице находится опасно. Слишком большое искушение для наших падких на слухи и сенсации придворных закидать приглашениями ваш дом, чтобы выведать все детали взятия Арнера и посмотреть на живую легенду, настоящую боевую эмпу. — взгляд снова остановился на мне. — Думаю, на севере желающих потрепать тебе нервы будет поменьше, Анна. Да и… отдохнешь немного от всего этого. — Небольшая пауза, как будто собираясь с мыслями.

И вдруг грустная улыбка и взгляд в сторону Тариса:

— Может мне тоже уехать на нирму хотя бы к морю, отдохнуть по-настоящему, а?

— Конечно, Государь. — по-доброму улыбнулся Тарис, слегка кивая. — Тем более, что уртварам теперь не до войны будет, они будут себе нового Алар-рагана выбирать, насколько я понял.

Хмыкнув, Государь подтвердил:

— Да уж, придется. Но, ночную бездну им в жены… Я думал, что это придется делать вам. Я…

Он замолчал на полуслове, вздохнув поглубже и медленно, очень медленно выдохнув. Черт, вот на его месте мне бы сейчас меньше всего хотелось бы находиться среди стольких людей. После того, что он пережил в лапах Алар-рагана… Нет, я бы точно не смогла вот так вот сидеть и разговаривать о делах государственных. Но он не может. Ему необходимо. Он и так много времени потерял. И это в разгар войны. Но надо же как-то помочь ему, что ли… Учитывая то, что я все равно теперь не смогу никому ничего рассказать о том, что видела там…

— Государь… Мне бы очень хотелось отдохнуть. — сказала я. — Все-таки было довольно… нелегко… Если позволите…

— Да, конечно… — сказал он, понимающе улыбаясь. — Тарис, сможешь ещё один портал удержать?

— Конечно, Государь. Сейчас сделаю.

Степь… Прекрасная, опасная и абсолютно свободная. Любой путник виден за много часов езды. Любое поселение не может существовать здесь слишком долго. Мало воды, много солнца. Не имеет смысла выращивать что-либо, кроме скота и лошадей. С них — и основной доход. С них — и все пропитание. Степь жестока к тем, кто не хочет жить по её законам. Степь неумолима к тем, кто пытается лишить её свободы. Но их, изгнанников с родной земли, она не просто терпит. Она по-своему любит их. И они отвечают ей тем же.

Именно поэтому каждое утро он встречал восход в Степи. Встать затемно, оседлать любимого скакуна и выехать туда, где не будут слышны звуки кочевья. Где он сможет услышать в шепоте ветра голоса изначальных сущностей, созданных Творцом задолго до любого из смертных. И сегодняшнее утро не было исключением. Правда теперь к простому соприкосновению со стихиями добавилась робкая просьба. О том, кто был большим сыном Степи, чем он. О своем сыне, о первом, в ком дары Творца двух народов проснулись одновременно.

— Ренгар, Чаррес передал, что они нашли Таргена и Сортана, но… твоего сына отправили аж в Столицу. Он отправляет ребят к нам вместе с Тангором и Форреном.

Столица… Слишком близко к Государю, слишком близко к магам. Если их тайна будет раскрыта… Что сделают уртвары? Станут ли охотится за ними по всей Степи, чтобы уничтожить? Или им сейчас будет не до этого, учитывая слухи о войне, которая бушует на центральном континенте? Ах как не вовремя все это, как не вовремя.

— Хорошо. Пусть будут поаккуратнее. Нам не нужны осложнения с Государством. Не они наши враги. И… Пусть соберут как можно больше информации, в последнее время сущности слишком активны, мне это не нравится.

Зрелый орк нахмурился, переваривая полученную информацию. Через минуту молчания он сказал:

— Думаешь, это то, о чем предупреждал твой отец, Гарнес?

Ренгар улыбнулся, вспоминая отца. Последний из аларов некогда многочисленного народа тойнов, он не просто прислушивался к шепоту сущностей, он слышал их и мог разговаривать с ними. Он говорил, что сущности все чаще замечали взгляд Творца на своем творении. И к худу или добру это — неизвестно. Среди орков бытовало мнение, что Творец сердит на них за тот ритуал. Они опасались того, что он, вернувшись, уничтожит все новые рассы. И на резонное замечание о том, что если бы хотел, он бы и так всех уже давно бы уничтожил — они лишь пожимали плечами. Возможно, он хочет сделать это именно сам.