— Никто из моей семьи не решался отправиться на поиски уцелевшего Источника. Один я отважился идти до конца.

Чуть больше сорока лет назад вместе с женой я переехал в Лайлин, поселился на окраине Олшира и стал искать способ проникнуть в Горнвилль, чтобы открыть Источник. От предков мне досталось древнее писание, в котором было сказано, как воскресить моего бога. Требовалось провести девять ритуалов, и девятая жертва, человек, должна была стать ключом, отворяющим Моросу дверь в наш мир. Значит, вот о чем шла речь в манускрипте! И этим ключом жестокий иллюзионист вознамерился сделать Шанталь!

— Я узнал о существовании подземных ходов, соединяющих Горнвилль с близлежащей деревней под названием Телль. Раздобыв карту, отправился на поиски Источника, сокрытого в подземелье. Вот только первый ритуал, который попытался провести, чуть не закончился для меня трагически. Замок отверг мою магию, едва заживо не погребя под своими стенами. Лишь чудом удалось спастись. Выяснив, что на Горнвилль наложено заклятие древних и никто не в состоянии его разрушить, даже я, решил подождать удобного случая и действовать осторожнее. Очень скоро понял, что единственный, кто может помочь достигнуть намеченной цели, это кто-либо из рода д'Оранов… …И тогда высший придумал новый, поистине чудовищный план. В обручальный браслет, доставшийся по наследству от матери, маг вложил частицу своей силы, позволившей ему управлять тем, кому альяри предназначался. Жена Крисана, прекрасная, молодая женщина, по наущению мужа познакомилась с лордом Веральдом, отцом Гортейна. Старый граф влюбился в нее без памяти, а спустя несколько недель, прежде чем навсегда исчезнуть, она подарила ему альяри якобы в знак их вечной любви. Так роковое украшение оказалось в семье д'Оранов. Пожилой лорд не отличался крепким здоровьем и вскоре скончался, не оправдав надежд изобретательного мага. Но Крисан не отчаивался, ведь альяри тут же обрел нового хозяина — молодого, полного сил графа Гортейна. Уж он-то не должен был умереть слишком скоро, и иллюзионист с супругой затаили дыхание в предвкушении скорой победы.

И тут в хитроумный план мага, который, казалось бы, все просчитал до мелочей, вмешалась женщина. Обыкновенная женщина, не наделенная никакими силами, кроме самой огромной в мире — силой любви. Какое-то шестое чувство подсказало Ларане, что с ее любимым происходит что-то неладное и причиной тому является, на первый взгляд, совершенно обычная безделушка. Ларана решила спасти графа от участи, постигшей его отца, и выкрала браслет. Идеальная задумка посвященного разлетелась в дребезги. Альяри исчез из его поля зрения, и на долгие годы Крисан утратил с ним связь, а попытки создать новый артефакт успехом не увенчались. Морос больше не желал помогать слуге, упустившему такую замечательную возможность. И снова судьба благоволит к Крисану, он узнает, что браслет находится где-то на юге Лайлина. Несколько недель уходит на то, чтобы выяснить точное местонахождение утерянного амулета, а когда Крисан уже готов отправиться за ним, выясняется, что альяри сам возвращается к своему хозяину…

— Я мог чувствовать браслет, только когда кто-нибудь надевал его на руку. Соединяясь с человеком, мой артефакт начинал действовать, — говорил иллюзионист, а мне вспомнился рассказ Квенны. Вернувшись из Олшира, няня подробно рассказала о своих скитаниях, о том, как проведя несколько дней в пути, лишилась сознания, а очнулась уже в доме Милены. Браслета с ней не было, и Квенна решила, что потеряла его. На самом же деле все это время он хранился у Милены. Виконтесса редко надевала драгоценности, да и предпочитала серебру золото, поэтому альяри предали забвению на многие годы. А вот маме украшение приглянулось настолько, что она с ним почти не расставалась. Наверное, тогда-то иллюзионисту и удалось восстановить связь с браслетом. Потом альяри попался на глаза мне, и я захватила его с собой, убегая из Элаира.

— И вы надеялись, что я сделаю для вас то, что не сумели Веральд и Гортейн? Старик утвердительно кивнул, улыбнулся, довольный моей сообразительностью.

— Одного не понимаю, если вам так важно было удержать меня на долгих девять месяцев, зачем нужно было пугать страшными видениями и призраками? Ведь если бы уехала сразу, даже часть вашего плана не осуществилась, — недоумевала я. Крисан в замешательстве отвел взгляд.

— А он здесь вовсе и ни при чем, — раздался за спиной знакомый жизнерадостный голос. — Все это моих рук дело. Кьяра приветливо улыбнулась, будто искренне обрадовалась нашей встрече, и подошла к иллюзионисту. Тот хмуро взглянул на нее, но промолчал.

— Если бы я только знала, кто ты! — с ненавистью выкрикнула Шанталь. — Так непростительно обмануться!

— Значит, это ты хотела прогнать меня из Олшира… — Я, кажется, начала догадываться о причинах. — Надеялась разлучить с Алессандром?

— Браво, дорогая! — Девушка негромко зааплодировала. — У тебя еще осталось немного здравого смысла. Ты наконец-то начала хоть что-то понимать.

— И для этого вступила в сговор с сумасшедшим фанатиком, мечтающим возродить мертвого бога! Старик собрался возразить, но Кьяра заставила его замолчать. Странно, но сразу было видно, что именно она в этой паре являлась главной. И словно в подтверждение моим мыслям, иллюзионист безропотно отошел в сторону и что-то шепнул своему молчаливому слуге, предоставив Кьяре продолжить повествование. Драугр, обернувшись вороном, исчез в темном коридоре.

— Вот тут ты ошибаешься. — Девушка прошлась по комнате и остановилась возле Алессандра. — Наверное, придется все объяснить, иначе ты умрешь раньше времени от собственного любопытства. Хотя может и лучше тебе оставаться в счастливом неведении.

— Ну уж, сделай милость, расскажи, — не удержалась я от сарказма. Никак не прореагировав, Кьяра приступила к повествованию, от которого у меня волосы встали дыбом.

— Крисан — мой отец, а я вовсе не Кьяра де Касс. Прямо на моих глазах дочь иллюзиониста вдруг превратилась в незнакомую, совершенно обычную и ничем не примечательную девушку. Светло-русые волосы на затылке были стянуты в хвост, карие, невыразительные глаза в обрамлении редких прямых ресниц смотрели неприязненно и с каким-то явным пренебрежением, а тонкие бескровные губы постоянно кривились в неприятной усмешке. В общем, от красавицы де Касс не осталось и следа.

— Не понимаю… — Почувствовав слабость в ногах, я прислонилась к стене. Незнакомка все кружила вокруг Алессандра, вещая мне страшную правду:

— Мое имя Ядира. Я унаследовала способности своего отца, и все эти месяцы успешно исполняла роль Кьяры де Касс. А иногда и кое-кого другого, — подмигнула она мне.

— Невозможно! — Я не могла поверить своим ушам. — Но ведь это было не мгновенное, а длительное перевоплощение. Такое не под силу ни одному иллюзионисту! Кьяра, а точнее, Ядира снисходительно пояснила: