Значит ли это, что вы мне не заплатите?

На что они ответили:

Мы не думаем, что вам стоит разрешать работу, да и есть ли у вас вообще лицензия?

Я сказал:

Я никого не лечу, не восстанавливаю ничего сломанного. Я занимаюсь образованием людей. Но оно тоже имеет одну странную черту - оно действует. Я знаю, что я могу делать и чего не могу. Вот и вся разница. И если чего-то я не могу делать, по крайней мере, я знаю, как мне найти выход из ситуации. А вы пытаетесь понять шизофреников, тогда как они просто сами не знают, что представляет собой их болезнь. Они не были бы шизофрениками, если бы знали, как не быть ими.

В общем, один психиатр привел ко мне пациентку, абсолютную шизофреничку, которая не знала, как отличить реальность от своих фантазий. Врач даже сказал мне об этом. Я ответил:

Да ну? А как вы отличаете реальность от фантазий?

Что вы имеете в виду?
– спросил он.

Тогда я спросил у шизофренички:

Как вы добрались сюда?

На машине, - ответила она. Они приехали из Мичигана в Калифорнию. Это был не просто психиатр, а еще и дешевый психиатр.

Ее родители были друзьями врача, они были в отчаянии, они привезли ее из больницы через всю страну. Он думал, что это даст ему время и возможность испытать терапевтические методы, о которых она не знала. По ее словам, он все это время разговаривал с ней о ее прошлом

Тогда я попросил ее:

Вообрази сейчас, что вы прилетели из Мичигана в Калифорнию. Придумай это прямо сейчас. Ты можешь вообразить, как ты летишь с ним на самолете в Калифорнию?

Да, - ответила она.
– Да-да, мы прилетели, прилетели сюда.

А, может быть, вы приехали на машине?

Да, приехали!

Или прилетели?

Да, прилетели!
– И тут она заревела, потому что это очень напугало ее, она не знала, как же было на самом деле.

Я спросил у врача:

Можете ли вы вообразить, что прилетели сюда на самолете?

Конечно.

И вы знаете, как было на самом деле?

Конечно!

Но откуда вы это знаете?

То, что я нафантазировал, как бы отгорожено от реальности. Мы переглянулись с девушкой.

– Что?!
– спросила она.

Она не понимала, о чем мы говорим.

Как это огорожено?

Так, забором вот такой вот примерно толщины, и все фантазии направляются за этот забор. И так мы можем отличить, где фантазии, а где реальность. Иначе можно сойти с ума.

Тут я тихо сказал врачу:

На этом моя работа завершена.

Она спросила меня:

Разве можно огородить что-то уже прошедшее?

Конечно. А если вы отгородите что-то лишнее и будете считать реальную вещь фантазией, что с того?

Я знаю, что мои родители живы, но я помню, как убила их

Хорошо. Вспомни, как убила их, и огороди это воспоминание. И помести туда Микки Мауса, Гуффи, Дональда Дака, других персонажей, чтобы ты знала, что это все просто смехотворно. Нет ничего нелепей, чем вообразить что Даффи Дак убил кого- то. А кот Вестер держал твою мать, пока он ее душил....

Все эти методы кажутся бессмысленными, но как ни странно, они работают. Эта женщина была в психлечебнице в течение 17 лет. Зачем было тратить на это свою жизнь, когда все что ей было нужно - это воображаемая рамка и несколько мультяшек! Спросите меня теперь, кто из нас дьявол - я или они? Я не накачиваю людей лекарствами. Конечно, я на время пытаюсь припугнуть всю ту грязь, что в них скопилась, но лишь для того, чтобы привлечь их внимание.

И этот психиатр, приведший мне больного энурезом, был самым высокомерным типом, какого я встречал в своей жизни. Он сказал больному: "Садись!"

Тот спросил:

А здесь есть туалет?

На что я сразу ответил:

Нет! Есть уборная снаружи!
– а я тогда жил в горах, на горе Сент-Крис, я заставил их приехать туда ночью в темноте, - она где-то здесь внизу, ярдах в двухстах по грязной дороге!

И там действительно была уборная, которой уже лет тридцать никто не пользовался.

Туалета нет?!
– спросил он.

Нет!
– ответил я, и так я зафиксировал в его разуме эту идею.

Ну, разве кроме вот этого, - и я открыл дверь в ванную комнату. Он вздохнул с облегчением, и в его разуме зафиксировалось и это. Затем я закрыл дверь и пошел

прочь. Тут он спросил:

Ой, а можно мне в туалет?

Я открыл дверь, и он сказал, что ему туда не нужно. Я закрыл дверь, и он опять захотел в туалет. Тогда я сказал ему:

Приятель, идем-ка со мной, я тебе кое-что покажу. Я подозвал психиатра и сказал ему:

Когда я дам вам знак, открывайте и закрывайте дверь.

И когда он по знаку открыл дверь, я сжал больному колено и громко сказал:

– Туалет - нужно пописать!

Затем я дал знак закрыть дверь и произнес уже тише: