— Все равно поубиваю, — упрямо гнул свое юноша.

— Филара, ты же вроде как что-то типа медика, — вспомнил Ральдерик. — У кого из нас папа врач, в конце концов?! Можешь что-нибудь сделать?

Девушка оттеснила «брата» в сторону и пощупала псу лоб. Ей ничего это не дало. Бормоча: «Я ж не ветеринар, в конце концов…», — она принялась копаться в памяти, пытаясь вспомнить свои обрывочные знания о медицине.

— Ну что? — не выдержал Шун, прерывая размышления «сестры». — Ты можешь его вылечить?

— Может быть, он отравился?.. — неуверенно дернула плечом Филара, — Съел что-нибудь не то… Ягод ядовитых или грибов… Не знаю в общем.

— Да будет тебе известно, — парень сердито сложил на груди руки. — Ни одно уважающее себя животное не станет жрать ядовитые ягоды или грибы. Это только вы, люди, на это способны. Даже последние кретины типа собак знают, что можно есть, а что нельзя! А это — показатель!

— Ты ж говорил, что Чупоня умный, — заметил герцог, между прочим.

— Умный, — подтвердил кот. — Однако это не мешает всем остальным собакам быть абсолютными идиотами. Можешь считать его счастливым исключением.

— Тогда я не знаю, — поднялась на ноги девушка. — Нужно как можно скорее найти город или хотя б деревню и показать его нормальному доктору, а лучше ветеринару.

— Тогда поехали быстрее, — Гудрон направился к заинтересованной Неветерку.

Его примеру последовали все остальные.

Пес тоже поднялся на ноги, но, сделав пару шагов, взвизгнул и снова повалился на землю. Шун нахмурился еще сильнее и вернулся к питомцу. Тот еле заметно шевельнул хвостом в знак благодарности.

— Эх ты, песья морда… — тяжко вздохнул юноша и сел рядом.

Остальные уже были готовы ехать дальше и вопросительно глядели на кота с высоты конских спин.

— Езжайте вперед, — отозвался он, успокоительно поглаживая собаку по спине. — Только медленно. Мы сейчас тоже отправимся.

А на руках его никак не дотащить? — поинтересовался Гудрон. — Как он в таком состоянии дальше-то пойдет?..

— Попытайся, если делать нечего, — отозвался Ральдерик. — Только сначала попробуй хотя бы приблизительно прикинуть, сколько он весит. Его даже конь не поднимет.

— Ничего, ничего… Говорю же, мы сейчас тоже пойдем.

— Ну ладно, — согласилась Филара после непродолжительного сомнения.

Всадники ехали молча и настолько неспешно, насколько это было возможно, чувствуя себя немного неловко, оттого, что ничего не могли сделать. Изредка они оборачивались назад, чтобы убедиться, что две фигуры, медленно бредущие в отдалении, не сильно отстали. Шун, не торопясь, шагал возле Чупони, заложив большие пальцы за пояс, и все время говорил ему что-то подбадривающее.

— Кто бы мог подумать… — хмуро буркнул Ральдерик, глядя на эту трогательную картину.

— Да уж, — согласился с ним Дунгаф. — Чуть больше недели назад его сложно было снять с дерева, если собака находилась поблизости, а теперь сами видите, что творится.

— Все-таки это немного странно, — поделился своими мыслями кузнец.

— Да ну вас всех, — фыркнула Филара. — Ничего странного в этом нет. Я вот лично очень рада, что он наконец избавился от страха перед собаками! С учетом всего того, что Шун пережил в детстве…

— Это-то и удивительно, — прервал ее гном. — Видишь ли, подобные душевные травмы за столь короткий срок не излечиваются. По крайней мере, в большинстве случаев. Все-таки это удивительный человек. Не устаю ему поражаться…

Они снова оглянулись. Пёс опять лежал на земле, мелко дрожа от боли. За последние пятнадцать минут это стало случаться все чаще и чаще. Хозяин ласково теребил своему питомцу ухо и что-то тихо бубнил. Всадники привычно остановили коней и стали дожидаться, когда собака встанет на ноги и пройдет еще немного, прежде чем приступ повторится. Через несколько секунд Чупоня, действительно, неуверенно поднялся на лапы. Сделав несколько шагов, он со стоном упал, и из его пасти хлынула кровь.

— Кто-нибудь! Сюда! — в панике закричал Шун.

Услышав вопль, все остальные соскочили с коней и подбежали к больному животному. Филара оттолкнула мечущегося кота и плюхнулась на колени перед зверем, в надежде, что сможет придумать, как хотя бы остановить кровь. Пока она спешно потрошила самодельную аптечку, слабо себе представляя, что пытается найти, Ральдерик прислонившись спиной к дереву и, сложив руки на груди, о чем-то задумался.

— А я знаю, что с ним, — сказал он, наконец.