Со времен Колумба среди руин майяских городов успели побывать конкистадоры, священники, чиновники, путешественники и искатели приключений, географы, этнографы, археологи. И на каждого из них неизгладимое впечатление производила неповторимая и яркая культура этого древнего народа.

В 1576 г. испанский чиновник Диего Гарсиа де Паласио обнаружил в сельве на берегу реки Копан (в Гондурасе) величественные развалины какого-то древнего города. "Я со всем тщанием, - пишет он, - пытался выяснить у местных индейцев: нет ли в их древних преданиях сведений о людях, живших когда-то в этом городе. Но у них не оказалось книг с описанием их древней истории..." Подробный отчет о своей находке Гарсиа де Паласио направил императору Филиппу П. Но и сам монарх и его приближенные пропустили это сообщение мимо ушей.

В конце XVIII в. в глубине сельвы Чьяпаса (Мексика) был найден еще один древний город майя - Паленке (Название этого города, как и почти всех других городов древних майя, носит условный характер и дано испанскими колонистами или современными исследователями часто по каким-либо случайным признакам. "Паленке" (исп.) - "изгородь", "ограда", "огороженное место"), покинутый жителями еще в IX в. н. э. Собственно говоря, обнаружили город индейцы. Они-то и сообщили о таинственных белокаменных зданиях, затерявшихся в лесной чаще, местному священнику. А уже от него узнали о древних руинах и представители испанской администрации.

В 1773 г. Паленке посетил капитан Антонио дель Рио, который впервые обследовал центральную часть огромного города и кратко описал его наиболее выдающиеся архитектурные памятники. В 1822 г. отчет дель Рио был переведен на английский язык и издан в Лондоне. Но даже занимательный рассказ испанского офицера о своих открытиях в мексиканской сельве не вызвал заметного резонанса в ученых кругах Европы. Правда, именно эта книга вдохновила позднее американца Джона Ллойда Стефенса на поиски забытых городов майя. В 1839 г. он отправился в Гондурас на поиски Копана. Его сопровождал в этом смелом предприятии одаренный английский художник Фредерик Казервуд.

Шел XIX век - время величайших археологических открытий. И тот, кто имел хоть немного честолюбия и романтического воображения, спешил к берегам Средиземноморья и Ближнего Востока. Среди них были Шампольон, Ботта, Лэйярд, Шлиман - открыватели исчезнувших древних цивилизаций. Теперь их имена известны всему миру.

Однако американским древностям долго не везло. Многие ученые упорно считали тогда, что индейцы никогда не выходили в своем развитии за рамки варварства, и поэтому, дескать, искать в Новом Свете руины каменных храмов и дворцов - сущая бессмыслица. Заслуга Стефенса как раз в том и состоит, что он бросил смелый вызов этим устаревшим косным взглядам и, несмотря на все трудности и лишения, стоявшие на его пути, победил.

Он сумел побывать не только в Копане, но и в Паленке, Ушмале и добром десятке других заброшенных городов древних майя. Позднее Стефенс изложил результаты своих путешествий и открытий в увлекательной и яркой книге (Stephens J. L. Incidents of travel in Central America, Chiapas and Yucatan, Vols, I-II. New York, 1842.Есть сокращенный русский перевод этой книги: Стефенс Дж. Иллюстрированные записки о любопытной экспедиции в Центральную Америку. СПб., 1866.), а поразительно точные рисунки Ф. Казервуда придали ей документальную достоверность.

Учитывая тот огромный эффект, который произвели на ученых Европы и США находки Стефенса, можно с полным основанием утверждать, что именно он положил начало археологии майя.

По следам первопроходцев к руинам забытых майяских городов отправились другие путешественники и исследователи: француз Дезире Шарнэ, англичанин Альфред Моудсли, австриец Теоберт Малер, американцы Альфред Тоззер и Эдвард Томпсон. Эти экспедиции второй половины XIX в. открыли новую страницу в изучении культуры майя, показав всему миру оригинальный и яркий характер погибшей индейской цивилизации. И все же это было только начало. Планомерные археологические раскопки памятников древних майя начались только в 20-30-х годах нашего века. С тех пор научные учреждения и отдельные специалисты Мексики, США и некоторых европейских стран продолжают вести систематические исследования наиболее значительных городов майя: Копана, Киригуа, Вашактуна, Чичен-Ицы, Пьедрас-Неграс, Майяпана, Тикаля, Сейбаля, Бекана, Цибилчальтуна, Альтун-Ха, Лубаантуна и многих других (Подробнее об археологических исследованиях на территории майя см.: Willey G. R. and Sablof J. A. A History of American Archaelogy. San Francisco, 1974; Bernal I. A History of Mexican Archaelogy. London, 1978.).

Проблемы, загадки одна сложнее другой сопровождают нас на протяжении всего знакомства с культурой майя. Ирония судьбы состоит в том, что об этой величайшей цивилизации древности, о которой написаны горы книг и статей и которую изучают вот уже более ста лет, нам до сих пор известно ничтожно мало. Мы не знаем имен правителей, военачальников, жрецов и мыслителей майя. До сих пор не прочитаны до конца иероглифы, высеченные на многочисленных стелах, рельефах и алтарях.

Ученые не могут пока с уверенностью ответить даже на такие важнейшие вопросы, как происхождение классической цивилизации майя, особенности ее социально-экономической структуры, характер политического устройства и, наконец, причины драматической гибели майяских городов в конце 1-го тысячелетия н. э.

Не представляет в этом плане исключения и книга Альберто Руса. Вот почему те идеи и факты, которые приводит в своей работе мексиканский исследователь, явно нуждаются в дополнении и корректировке.

У истоков майяской цивилизации. В старинном эпическом повествовании "Пополь-Вух" майя-киче из горной Гватемалы есть рассказ о сотворении мира. В нем говорится, что руками великих богов в незапамятные времена были созданы земля, солнце, луна и звезды. Боги населили Землю различными растениями, животными и птицами, а затем сотворили из кукурузного теста первых людей - предков майя.