В трудовом угаре прошла финальная часть весны, проход на север нескольких групп рептилий, разговоры подруги с многочисленными гостями

Клёпа сильно поторапливала Дика с возвращением в Гонбар. Как не жаль было бросать незаконченным изучение непривычных, адаптированных на биотехнологии трудовых приёмов разумных рептилий, но путь познания бесконечен, а девушку явно тревожила оторванность от человеческого сообщества. Заспешили.

Они и раньше были легки на подъём, а после опыта странствий запросто обходились теми удобствами, что могли нести с собой. Проделать за день полсотни километров на своих двоих, поставить шалаш или свернуть из коры корытце для переправы через водную преграду - это проделывалось молча. А уж отыскивать в лесу пропитание, что принцесса-охотница и раньше умела неплохо, теперь вообще получалось без малейшего затруднения. Уже не лето, но осень пока не началась. Еды кругом - душа не нарадуется. Шагается с удовольствием. За неделю добрались.

Как выяснилось, Хрыги откочевали восвояси, Гек подрос, а стена на выходе из долины окрепла, приобретя неприступный завершённый вид. Группы отлично экипированных и прекрасно вооружённых воинов несли сторожевую службу и патрулировали территорию. Такое вот впечатление произвело на Дика то, что он увидел по дороге через земли графства в старый замок. Ещё то, что все заняты делом. Порядок. Непонятно только, отчего хмурится подруга. Они немало времени провели вместе, а при таком тесном общении невольно начинаешь чувствовать настроение друг друга.

Ну и ладно. Ему необходимо тут разобраться с производством продуктов, обработкой металлов, созданием инструментов и изготовлением оружия.

– Сколько получится, если от двух отнять три?
– юноша забавляется с ручным гекконом.

– Нельзя отнять. Мало, - ящерица отвечает на ящерском, хотя спрашивал он по-человечески. Этот ловец мышей, оказывается, в его отсутствие немало времени провёл в поместье, где гостили рептилии. И ещё Дик заметил, что этих тварей в тех краях, где они с подругой провели более полугода, не обижают. Даже еду позволяют воровать, случается, и подкармливают. Хотя таких, чтобы могли болтать, он там не встречал. Стоп. Это же не повторение услышанного текста. И даже не лепет ребёнка! Не реакция на знакомый раздражитель, как бывает при дрессировке. Разум.

Дик замер, глядя на "геккона". Они сейчас сидят на берегу речки Гонбарки, где можно спокойно поковыряться в разрозненных записях, сделанных в южных землях. Это существо увязалось за ним и устроилось на земле выше пляжика. Песок пропитан холодной водой горного потока, поэтому подросток-ящер избегает соприкосновения с ним. Греется на солнышке. И как он раньше не замечал сходства этого создания со своими разумными родичами?

А его маленький сосед перекусил зубами веточку куста и получившимся прутиком рисует на песке букву. Ящерскую, которая целое понятие. "Умеренно тепло". Забавно. Именно это - самая распространённая форма одобрения среди холоднокровных. И дальше: "существо, движущееся по своей воле".

Отлично. В совокупности с первым "иероглифом" это - общее определение млекопитающего.

Далее прутик выводит: "Способное говорить и слушать речь".

Вот. Получилось определение человека.

А писанина продолжается: "Сообщает информацию"

Рассмотрев получившийся достаточно сложный символ, Дик понимает, что рядом с ним не просто хрыжонок. По уровню владения речью - ребёнок, находящийся в стадии перехода к уровню подростка. Такой может руководить своими соплеменниками при порузке, транспортировке, заготовке... довольно большой перечень выполняемых коллективно работ. И сидящего рядом человека назвали учителем. С чего это вдруг?

Ха! Точно! Ведь он же показал этому созданию первую букву и прокомментировал все её компоненты. Это из-за того, что ему показалось тогда, что оно осмысленно шипит.

– Привет, Гек, - девочка подлеточка суёт в лапку ящерки яблочко. Только что подошла.

– Пр-р-фф-Т! Сс-пс-с-П!
– ого! Оно и по-людски шипит почти понятно!

Пришедшая подаёт двухметровую тростину, которой ящерёнок начинает извлекать из воды рыбок, накалывая их, словно пельмешки и сгружая в корзинку, установленную у его ног. Пяток экземпляров с ладошку, и всё. Достаточно.

Так-так! Этот хладнокровничек неплохо вписался в человеческий быт. Знает слова приветствия и благодарности, которых его предки отродясь не использовали. Красота!

Девочка, разглядев, что рядом в тени сидит граф, кланяется.

– Хорошо, что Вы вернулись, Ваше Сиятельство. А то, как Хрыги ушли, так народ забеспокоился. Очень уж страшно, вдруг следующей весной ящеры придут, и получится как в Сирпенте.

– А что там было, - вопрос такого рода, обращённый подростку, это, конечно, слишком смело. Но ребёнок неожиданно даёт полный и развёрнутый ответ.