— Только во время большой аварии на Полигоне.

— Но ваши теоретики меня уверяли, что пройти через дыры, что возникают в Шаре, в целом виде ничего не может. А тут целая вышка.

— В том шаре, что мы изучали, этих дыр очень много и то, что в них может попасть, — может попасть только частями.

— То есть, если я тебя правильно понял, вышка могла попасть из каких-то иных вселенных только если дыра, образовавшаяся в результате вашей аварии, могла быть достаточно большой?

— Да.

— И поэтому, ты заявил Василию, а Василий озвучил это в эфире, что там Большая Дыра?

— Да.

— Но какова наиболее вероятная причина появления той вышки? Дыра или мистификация?

Капитан, явно напирал на память об одной из ярчайших мистификаций, устроенных одной из молодёжных группировок, причём не слишком давно. Разоблачена та мистификация была довольно быстро, но шума тогда она наделала очень много.

— Мистификация, — глухо ответил Дмитрий, — я сразу не подумал. Надо было проверить подробно.

— Ясно, — заключил капитан, — вы свободны.

Когда дверь закрылась оба офицера рассмеялись.

Осталось только доложить «наверх» о полученных сведениях что и было немедленно сделано.

«Наверху» видно также по своим каналам перепроверили «сообщение» о Дыре в зоне поисков, и также получили отрицательный результат и отрицательное заключение. Приободрились, но всё равно приняли меры по дополнительным мерам безопасности. Тем более, оказалось, что тот странный лыжник был не один. Надо было вытаскивать из Зоны остальных. Но их надо было найти, так как вразумительного указания, где те находятся, от спасённого не добились.

Также надо было что-то делать с вышкой. Точнее с вышками. Одну — что родная, — восстанавливать, другую, — что неизвестно чья, — вытаскивать из Зоны и изучать.

Исполнив долг капитан и подполковник вернулись к своим задачам. По инерции, обсудили и впечатления от того, что только что было.

— Ну как, думаешь, сам: мистификация это или реально Дыра?

— По «бритве Оккама [26] » — мистификация. Однозначно.

— Чёрт бы их побрал, этих «ботаников»! — смеясь воскликнул подполковник.

— …Физиков.

— Один чёрт! Один пугается до чёртиков, и лепечет чушь, а второй, не удосужившись уточнить, кидает это в эфир.

— Но началась вся эта свистопляска как раз не с них, а с сообщений с вертолёта ремонтников: «Радиа-ация!», «Ядерные испыта-ания!».

— Но эти-то знали, что к чему!

— Эти знали. И сильно перепугались. Потому и подняли панику.

— Как бабы.

— Ты мало общался с этой публикой, потому и не знаешь их психологию. У вас там в космическом ведомстве совершенно другая публика, так как у вас больше не теоретики, а практики работают. А я этих своих мурзиков, изучил, за пять-то лет. Тут паника была больше не за свою шкуру. А за то, что будет, если ещё кто-то пострадает.

— Ага! Всё равно за свою шкуру. Так как отвечать придётся. Вот и боятся. До судорог.

— Не за шкуру они боялись. Для этой публики не своя шкура дорога. Больше всего они боятся того, что закроют «Тему». И уже потом, за то, что могут пострадать люди. Ты бы видел, какие они перестраховки делали, чтобы ни какая зараза не могла нарушить регламент эксперимента, чтобы ни дай боже ни кто не пострадал. Сами-то они своей шкурой готовы рисковать и часто рискуют — напропалую. А вот если что касается других — тут иное дело. Они очень сильно переживают за то, что может кто-то из правительства закрыть тему по причине опасности для людей. И вот поэтому они так сильно пугаются.

— Не говори ерунды. Когда делали атомный проект, об этом и речи не шло. Было НАДО. А тут что? Надо? Надо! Ясно дело, что риск для людей будет. Особенно в таких больших проектах. И без случайных жертв, тут никогда не обходилось. Просто по закону больших чисел. Поэтому, если что такое происходило, по крупному, — гибли люди, — то, как правило, меняли руководство проекта. Или переносили место испытаний ещё дальше от людей. Но тему не закрывали. Тут именно что трусость и паникёрство.

— Нет. Не согласен. Тут как раз всё вместе. Я был тогда, когда этот Проект начинался. Там группе разработчиков разрешили проводить эксперимент здесь потому, что они как раз перестраховались по части исключения случайных жертв.

— Им разрешили делать этот эксперимент здесь потому, что недалеко атомная станция на четыре гигавата. Им в пике, для установки, нужно полгигавата. И закрыть их могут по причине не опасности для жизни отдельных придурков, лезущих не туда, а по причине растраты огромного количества средств.