И смежив залитые вежды,С хандрой и скукой на умеБурчишь: «Жамэ, месье, жамэ»,Что означает «нет надежды».«Жамэ. Мадам, месье, жамэ!»,Что означает «нет надежды».Но чу, я слышу колокольчик.То мчит друзей моих возок.Кричат «Ура» и рожи корчат,Взошли — и пробки в потолок.Средь пира вспомню я печально:«А что ж отчизна, милый край?»А мне отвечают:«С отчизной будет всё нормально,Ты, знай, закусывай давай».С отчизной будет всё нормально,Ты, знай, закусывай давай.
Грипп
Весь мир — театр, а люди в нем — актёры.Но нищий в переходе мне сказал:«Весь мир — бардак, а мы в нем — сутенёры.Болезни за грехи нам Бог послал!»Москва не крестится, пока не слышит громаИ гордо заявляет: «Я сама!»Ниспослан грипп на оба наших дома,Хвала Создателю, хотя бы не чума!Весь мир в соплях гриппозного угара,И коль Творец так карты разложил,Чихайте так, чтоб чих не тратить даром,Чтоб заболел лишь тот, кто заслужил.Чихайте на мерзавцев и подонков,Пусть лоб у подлецов огнем горит.Чихайте зычно, смачно и подолгу.Оружье пролетариата — это грипп!Как всё течёт, всё из меня!И из тебя течёт, в гриппозном смысле слова.Да выбрось «Колдрекс» — это все фигня,Налей «Перцовочки-УПСА», ну, будь здорова!Вложите в чих всю горечь от бесправья,Всю боль обиды, что пришлось в себе носить.Весь пыл неутолённого тщеславья,Всю историческую скорбь больной Руси.Чиновники борзеют год от года,А мы язык засунем в попу и молчим.Как я чихнул бы на избранников народа!Жаль только, в Думе пропускной режим.Стране на всё начхать на самом деле,Всю жизнь проходит босиком и в неглиже.И, кстати, чихните кто-нибудь на Церетели, —Пусть отдохнёт немного городской бюджет.А мегаполис кашляет до хрипа,И Вальсингам болеет в Горках втихаря,Москва справляет пир во время гриппа,И вирусы расходует зазря.Не надо чихать на детей и философов,На меценатов любезных, на спонсоров,На докторов, на старушек, на дворников,Жён музыкантов и жён алкоголиков.На менестрелей и, в первую голову, —На Мищуков, Мирзаяна, Егорова,Рабов шестиструнки — когорточку малую,Бардов и так жизнь особо не балует…Надо чихать на соседа сварливого,Злую жену и на мужа блудливого.На графоманов, воинственных критиков,Умных фашистов и глупых политиков.На дураков, бандюков отмороженных,Снобов, скучающих с кислыми рожами.Да не поможет, боюсь, ни черта.Феличита, феличита!
Двадцатый век прошёл
Двадцатый век прошёл, скромны его итоги:Купил «жигуль» сосед, купил ботинки я.Стоим у новой эры на порогеИ думаем о смысле бытия.С деньгами хорошо, без денег — очень плохо,Сосед убил жену, а я свою — люблю.Какая интересная эпоха,Пойду ещё патронов докуплю.В больницах и в метро — боязнь террористов,Комета не к добру летит над головой,И, вообще, я вам скажу, наш мир весьма тернистый,Но он, как сын-бандит — опасный, но родной.Как хорошо быть конём,Весело ржать и кобыл по лужайке гонять.Вроде бы ты не при чём,Вроде б история где-то течёт за холмом.Мне надоело давноСлушать безумные речи, мне хочется спать,Но эпоха настырная лезет в окно,Мешая лениво дремать.Двадцатый век прошёл, пора умнеть, Рассея,Мы — не рабы, братва, и бедность — не порок!Голосуйте за пророка МоисеяВ очередной сорокалетний срок.А кто он, тот герой, предмет народной веры?Кто этот Прометей? Кто-кто! Да конь в пальто!Под шляпою рога и пахнет серой,Он нам рекомендован, как святой.Отстань, мой пессимизм, не будь таким занудой,Всё будет хорошо, нас скоро позовут.Нам надо подождать обещанного чуда.Мы спутники большой планеты Голливуд.Мы в своём тесном кругуБудем резвиться и петь, и плясать без порток,Как пастушок на лугу,Будем беспечно дудеть в свой паршивый рожок.Где-то сраженье идет,Там человечество бьётся, с собою борясь.Цивилизация пышно цветёт,Воняя, гремя и дымясь.Двадцатый век прошёл, стучится двадцать первый,Что делите, козлы, охота вам стрелять?Ложитесь спать, поберегите нервы,На днях наступят мир и благодать.И Запад, наконец, скентуется с Востоком,И прекратится злой, всемирный мордобой,Еврей с арабом, как ягненок с волкомПридут рядком на мирный водопой.Откроют закрома, и заживём красиво,И потечёт шампань в кисельных берегах,И счастье всей земли, и много-много пива,И на полу — паркет, и люстры — в нужниках. Ах, ах!
